Два крыла

      Жил-были на свете мальчик по имени Андрюшка и девочка по имени Иришка. Жили они неподалёку друг от друга, а были учащимися разных школ.
      Учебные будни разделяли их, и только жарким летом Андрюшка и Иришка проводили вместе почти всё свободное время. Конечно, к ним приходили и другие дети, младше и старше, тоньше и толще, непоседливей и спокойней, однако все ясно видели, что Андрюшка и Иришка - настоящая пара, потому что никто не замечал между ними ссор и даже споров. В общем, были они, как выражаются порой взрослые, не разлей вода.
      Если ты живёшь на свете, обязательно что-нибудь любишь. Без любви нельзя. Андрюшка и Иришка любили глядеть на закат и мечтать.
      Исполнять обряд получалось не всегда: то друзья не отпустят, насильно заставят играть; то родители работу придумают; то в гостях кто-нибудь из них; то вдруг на море собрались; то дождь весь день в окно стучит. А бывает, просто нет романтического настроения, и тогда лучше порезвиться с ребятами или, в конце концов, посмотреть телевизор.
      В один из жарких летних дней все ребята, принимавшие участие в играх, перессорились друг с другом так, что не с кем было поговорить, и все разбрелись по домам, угрюмые и злые. А наши Андрюшка и Иришка, с дрожащими от детской радости сердцами и сияющими глазами, потопали под каштан с густой овальной кроной и уселись там на тёплое бревно, служившее лавкой.
      Солнце заходило за рекой, скатывалось за далёкие лесополосы около кургана, увенчанного тройкой раскидистых деревьев. В это же время по железной дороге протянулся с курортов пассажирский поезд.
      - Наверно грустно лежать на полке и глазеть на закат в чужих местах, - сказала Иришка.
      - Ага, - согласился Андрюшка, - особенно, когда отпуск закончился. Хорошо, что у меня отпусков не будет.
      - Почему?
      - У владельца корпорации, то есть у меня, отпуск будет тогда, когда я захочу, и длиться он будет столько, сколько мне угодно.
      - А банкиры большой имеют отпуск? - спросила Иришка. Она мечтала стать банкиршей, чтобы весь день считать деньги.
      - Обычный, - чуть свысока произнёс Андрюшка, потому что считал, лично для себя, работу в банке мелковатой.
      - А я ж начальницей в банке буду! - сообразила Иришка и обрадовалась. - Мама говорит, в институте учиться надо. Я с ней согласна. Образование - нужная вещь. Вот я институт закончу с красным дипломом и пойду начальницей в банк. Там я смогу назначать себе отпуск, какой угодно длины и в любое время.
      - Н-да, - с похвалой протянул Андрюшка, - соображаешь... А я вот, - спохватился он, - подумал тут, что неплохо в доме лифт иметь, со стеклянными стенами, чтобы подниматься на мой любимый седьмой этаж и природу осматривать.
      - Кто ж будет семь этажей убирать?! - воскликнула более практичная Иришка.
      - Как кто? Служанки, конечно.
      - А не страшно будет в таком огромном доме?
      Андрюшка призадумался.
      - Пожалуй, страшновато. Но я-то вырасту, научусь кун-фу и перестану бояться.
      - Всё равно, семь этажей - это много. У меня будет три. Угадай, что на третьем?
      - Мансарда? - предложил Андрюшка.
      - Никакая не масранда! - едва не обиделась Иришка.
      - Тогда бильярд.
      - О нет, только не бильярд! Пока мой папа играл с дядей Мишей, я со скуки чуть копыта не отбросила. Тоже мне, игра называется. Не, бильярда не будет.
      - Ну... Это спортивное? - как бы между прочим спросил Андрюшка.
      - Нет.
      - А... Тогда не знаю.
      Иришка, трепеща, воскликнула:
      - Сауна!
      Андрюшка был поражён.
      - Вот это да!
      Ему тоже захотелось сауну на самом верхнем этаже.
      - А ещё, - заговорил он живо, - можно сделать стеклянный потолок, чтобы летом вода грелась и чтобы можно было купаться ночью и глядеть на звёзды.
      - Об этом даже не подумала, - призналась Иришка.
      Мальчишеская гордость, этот хрупкий нежный росток мужской гордости, потянулся и чуть-чуть окреп в душе Андрюшки.
      Они молчали. Молча глядели на запад.
      Небо там полыхало всё сильнее. Солнце зарумянилось, раздобрело и вскоре разрослось так, что под собственной тяжестью в считанные минуты закатилось за горизонт.
      Ребятам показалось, что природа растерялась: всё застыло. Но тут зашевелился ветерок, застрекотали кузнечики, и воссияла белая вечерняя звезда.
      - А мой брат придумал волшебную палочку, - тихо проговорила Иришка.
      - И как, скажи на милость? - язвительно спросил Андрюшка.
      - Да ты что, маленький что ли? Пластмассовую, с батарейками.
      - Я так и подумал, - пробурчал Андрюшка.
      - Ага! - хихикнула Иришка, но большего себе не позволила. - В трубку вставляются батарейки, которые при взмахе давят на пружинку и - как это называется? - замыкают цепь, вот. Получается, что лампочки горят, когда машешь, а тухнут, когда просто так держишь. Дай слово, что твой завод будет выпускать такие штуки.
      Андрюшка задумался так, как задумываются владельцы корпораций.
      - Даю.
      Они стукнулись кулачками.
      - Моей корпорации, - признался Андрюшка, - нужны такие умные конструкторы, как твой брат. Глядишь, и ты станешь у меня финансовым директором.
      - Нет, - покачала головой Иришка, несмотря на то, что слова про старшего брата польстили ей. - Я хочу управлять.
      - Финансовые директора как раз и управляют финансами.
      - Нет-нет, ты упрямый и любишь командовать...
      - Я настоящий владелец корпорации, - выпятил грудь Андрюшка.
      - Может и настоящий, но работать у тебя я не буду.
      - Как хочешь, - вздохнул Андрюшка, словно в эту минуту действительно терял драгоценного работника. - Зарплата высокая.
      - У меня выше! - стояла на своём Иришка.
      - Ха! Больше ста тыщ миллионов евро?
      Иришка призадумалась.
      - Дело принципа, - промолвила она, не слишком уверенная в том, правильно ли поступила, отказавшись от высокой должности.
      - Что ж, твоя воля. Ай! - Андрюшка хлопнул на коленке комара. - Кусается зараза!
      - Да, скоро в дом загонят. Ты купаться любишь?
      - Зимой - нет, летом - да.
      - Хм, я так же. Мы с тобой так похожи!
      - Меня дразнят женихом, - вспомнил Андрюшка.
      Иришка, словно это её дразнят, выпалила:
      - Дураки!
      - Вовчик говорит, что подарок на нашу свадьбу купил.
      - Психи! - Иришка вскочила и дёрнула платьице. Она явно собиралась плакать.
      - А я не против, - сказал задумчиво Андрюшка.
      - И ты дурак! - заревела Иришка и побежала домой.
      Андрюшка удивлённо поглядел ей вслед, покрутил у виска и по-стариковски медленно поднялся с брёвнышка.
      Прохлада уже сочилась в воздух. Сверчки и кузнечики почти глушили. В кустах шуршали ежи. Носились коты, нервно дёргая хвостами и округлив зрачки.
      Андрюшка тоже пошёл домой.
      Небо над ним было полно звёзд. Мальчику всё время казалось, что звёзды сами по себе не светятся, что это лишь дырки в колпаке, которым накрыли землю. Он думал, что там, выше, за колпаком сияют в невиданном свете далёкие миры, в которых нет ни грусти, ни бед, ни боли, ни даже смерти. Мальчик не знал, как туда попасть, но знал другое: он обязательно, рано или поздно, попадёт туда, ведь иначе и не может быть.